16. Реаниматор (Андропов)

Товарищи члены Политбюро,

проголосовавшие за избрание Юрия

Владимировича Андропова, могут

опустить руки и отойти от стенки!

Анекдот (1983 год)

Портрет эпохи

10 ноября 1982 года умер Брежнев, но с его смертью эпоха застоя не закончилась. В обществе укоренились цинизм, тунеядство, равнодушие. В попытке реанимировать социализм геронтократия в Политбюро ЦК КПСС решила выдвинуть на руководящий пост самого сильного (но не самого здорового) своего члена – председателя КГБ Юрия Владимировича Андропова. Он стал первым чекистом во главе страны (вторым будет Путин), и две головы змеи слились в одну. В глазах простых граждан Андропов выгодно отличался от своего предшественника: скромность и равнодушие к лести и наградам в отличие от иконостаса на груди у Брежнева, хорошая литературная речь против совершенно бессвязной паралитической речи Брежнева, интеллигентность (он писал стихи). Андропов заявил о начале нового курса, но все свелось к административным мерам, укреплению дисциплины среди работников партаппарата и на рабочих местах и разоблачению коррупции в близком окружении правящей верхушки. В начале 1983 года были повышены цены на многие товары, но на водку цена снизилась. В благодарность народ перекрестил водку в «Андроповку».

С июня 1983 года Андропов совмещает должность генерального секретаря партии с постом главы государства: Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Но на высшем посту он оставался чуть больше года. Последние месяцы своей жизни Андропов вынужден управлять страной из больничной палаты кремлeвской клиники (ему все время делали диализ). Андропов умер 9 февраля 1984 года из-за отказа почек. Больше всего он запомнился народу борьбой с тунеядцами, спекулянтами, облавами на прогульщиков с работы в кинотеатрах и изощренным преследованием диссидентов – еще будучи председателем КГБ, именно он ввел такие формы внесудебного преследования, как принудительное лечение в психиатрических больницах. В то же время это был период расцвета таких прогрессивных изданий, как «Литературная газета», журналы «Юность», «Новый мир» и «Иностранная литература». Мало кому известно, что Андропов подготовил проект стирания границ с национальными советскими республиками и деления территории Советского Союза чисто по административному признаку на 43 провинции. При Андропове начался исход eвреев из СССР. Власть заставляла отъезжающих возвращать потраченные на их обучение деньги, платить за отказ от советского гражданства.

Пожалуй, самое громкое событие эпохи Андропова – уголовное дело по обвинению директора гастронома «Елисеевский» Юрия Соколова и его коллег, «в хищении продовольственных товаров в крупных размерах и взяточничестве». Дело было возбуждено прокуратурой Москвы в конце октября 1982 года (за десять дней до смерти Генерального секретаря ЦК КПСС Брежнева). Следствие продолжалось при новом руководителе Юрии Андропове, а заседание Верховного Суда РСФСР, на котором Юрию Соколову был вынесен смертный приговор, состоялось в декабре 1984 г. – уже при Константине Черненко, сменившем на посту руководителя партии и государства Андропова. Соколов был казнен через 33 дня после приговора, причем Черненко пережил казненного работника торговли всего на три месяца.

Сердце Родины

После смерти мамы Люда унаследовала половину частного дома с участком в Дедовске, и мы решали на семейном совете, переезжать нашей семье в Подмосковье или нет. Вопрос непростой – ведь нам предстояло расстаться со своей новой кооперативной квартирой. Для прописки в Дедовске мы должны были представить справку, что у нас нет жилья в Свердловске – такое было условие. По закону мы должны были продать квартиру только своему кооперативу, то есть недорого. Нам было жалко папиного труда и потраченных денег, жаль менять благоустроенный быт на жизнь в частном секторе без водопровода и канализации. Еще нам советовали прописать к себе родственника, чтобы не продавать квартиру кооперативу, но в этом случае мы дарили бы с таким трудом заработанную квартиру и ничего не получали взамен.

В конце концов, мы решили переезжать из-за детей: все-таки рядом Москва, больше возможностей для учебы и карьеры. По прошествии многих лет я могу сказать, что это было правильное решение.

Переезд запланировали на лето 1993 года. Люда с детьми уехала в июле, а я оформил сдачу квартиры в кооператив, заказал перевозку и отправил вещи и присоединился к ним в августе. В том году «Уралмашу» исполнилось пятьдесят лет, и я успел принять участие в съемках фильма «Первый директор» и в благоустройстве сквера перед новым Домом культуры «Уралмаша» в мае, где заработал остеохондроз. Уход из НИИТЯЖМАШа явился для меня долгожданным реваншем. Начальник отдела Баженов вызвал меня и сообщил, что нужно готовиться к уборочной кампании, есть предложение послать меня. В ответ я сказал, что лично у меня есть другое предложение, и положил на стол заявление об уходе. Не забуду выражение лица этого бюрократа, который ничем не помог мне, а только все время нагружал общественной работой.

В Москве я проводил целые дни в поисках работы, обходя пешком разные организации. Мое упорство было вознаграждено, и я нашел хорошую работу по специальности всего за три дня. В НИИ Морского транспорта «Союзморниипроект» по Большому Коптевскому проезду я плодотворно работал с 1983 по 1991 год. Через несколько лет я встретился на учебе с одним переводчиком моего возраста. Он рассказал, что ему, коренному москвичу и выпускнику МГИМО, потребовался год, чтобы устроиться в НИИ Часовой промышленности, где мало работы, нет карьерного роста и загранкомандировок. У меня все было как раз наоборот. Очевидно, иногородние в Москве более активны и предприимчивы, чем коренные жители, и поэтому более успешны.

Летом следующего года папа приехал в Дедовск, чтобы помочь ремонтировать нашу половину дома: мы с ним утеплили веранду, превратив ее в третью комнату. У нас осталось от продажи квартиры в Свердловске 5 тысяч рублей. В это время в Дедовске продавался дом с участком (около продуктового магазина), который стоил 25 тысяч рублей. Можно было бы сразу продать свою половину дома, взять ссуду в банке, добавить свои деньги и купить этот дом с участком. Вместо этого мы потратили 2 тысячи на ремонт своей половины старого дома, и у нас осталось 3 тысячи в сбербанке, которые пропали во время Павловской денежной реформы 1995 года.

17. Всадник без головы или гонки на лафетах (Черненко)

Сообщение ТАСС: «Сегодня, находясь в критическом

состоянии здоровья и не приходя в сознание, Константин

Устинович Черненко… приступил к обязанностям

Генерального Секретаря»

(анекдот)

В связи с Черненко я вспоминаю роман Джорджа Оруэлла «1984», описывающий тоталитарное государство будущего. Именно в этот год Черненко стал Генсеком и умер. С 1980 по 1985 год у нас умерло восемь членов политбюро, в том числе три генеральных секретаря, поэтому в народе этот период окрестили ППП или Пятилетка Пышных Похорон. Анекдот на злобу дня: «Какой любимый вид спорта членов Политбюро? Гонки на лафетах». Черненко запомнился таким курьезным случаем, который действительно имел место. Однажды он проводил совещание в Кремлевском дворце съездов, а после совещания все участники сфотографировались с Генсеком для центральной газеты «Известия». Газета вышла с фотографией на первой полосе, и только здесь обнаружилось, что у Генсека нет головы! Оказалось, что больной астмой бледный Черненко с седыми волосами сливался с задним фоном, и видно было только его черный пиджак. Об этом случае мне рассказывала Галина Николаевна Романцова, жена замдиректора ТАСС.16

В раннем детстве Катя часто болела простудными болезнями, и мы боялись, что это может перейти в хроническую форму. В садике она заражалась от больных детей. Вопрос стоял так: либо Люда должна уволиться и сидеть с Катей, либо нужно нанимать няньку. Мы жили бедно, и няньку не потянули бы. Моя мама уже была на пенсии, она не могла жить у нас, но согласилась взять Катю к себе. Для этого она специально приехала к нам, чтобы увезти Катю на поезде в Свердловск. Катя до конца ничего не знала, ей сказали, что мы поедем провожать бабушку. Когда она осталась в купе с бабушкой, и поезд тронулся, она заплакала и стала рваться к нам. Мы стояли на платформе и плакали. Потом я много раз вспоминал эту сцену, но с другим концом: я запрыгивал на ходу в вагон, ехал с ними до ближайшей станции и забирал Катю домой. Катя прожила в Свердловске пару месяцев зимой на попечении бабушки и не болела. Врачи сказали, что для укрепления легких нужно возить ее на юг три года подряд. В июле 1985 г., воспользовавшись школьными каникулами, Люда возила детей на месяц в поселок Небуг под Туапсе.

Дальше Оглавление