Нина Горланова

Школы Бодуэна

Представьте себе семью, где родители считают себя людьми интеллигентными, у них такие разговоры: мол, какая тоска, что прах Вышинского все еще в Кремлевской стене, нужно бы пойти с плакатами "Уберите эту гадость!", так говорит мать семейства, лежа на диване после рабочего дня и листая тетрадь сына по сольфеджио, муж не сразу, но отвечает - не нужно волноваться, мы там лежать рядом не будем, это можно гарантировать; мы не будем, а дети или, может, внуки, будут, и она показывает (честно признаться, это я и есть) тетрадь сына из музыкальной школы, где задано написать песню про войну, и тут же сочиненная ребенком песня. "В окопе" называется, ноты идут, рядом правило: "Гармонический минор - такой, у кот. повыш. 7 ступень на полтона". Какой он умный у нас! Муж сопротивляется: во-первых, внуки и дети не будут в кремлевской стене, потому что к тому времени уйдет этот обычай, во-вторых, не надо надеяться на что-то особенное, он вот не надеется, и когда не исполняются его надежды, не приходится расстраиваться.

- Папа, а татаро-монгольское иго здорово повлияло на нас? - поинтересовался в это время сын (Ну очень он умен для второго класса!" - подумала я).

- Конечно, подействовало. Смотри, какие у нас скулы, даже у Марины Влади такие же очаровательные кочки на щеках, а не будь ига, не светила бы ей, может, судьба актрисы.

- У нас в классе говорят, что все нецензурные слова от монголов.

- Еще чего! В любом языке есть такие слова, но ведь не все нации были завоеваны монголами. Много значит история народа. У эскимосов слово "неумеха" - верх неприличия, не для женских ушей. И уж не для детских. Если такое о себе услышал, надо отомстить!

- А вот если услышал о себе слово такое... пиздёныш - надо отомстить? - сын по лицу матери прочел, что уже теперь не лежать ему в Кремлевской стене - с такими-то интересами к таким-то словам, но что делать - ответ родителей был для него важнее сейчас, чем любое заслуженное местечко во всех пантеонах.

- От кого ты такое услышал? - у меня голос съехал от удивления.

- Да так, от одной старушки... с усталым лицом... мудреца, но пьяной. Ласковой еще, - вот так замысловато он вспомнил человека - он вообще любит сложно выражаться, про книгу может сказать так: "Перечитывал Булычева, жуя виноград, он хорошо идет под виноград, в сочетании с чем-нибудь вкусным, Стругацкие хороши сами по себе, а Булычев - под виноград..."

Я представила, что мой доверчивый ребенок по пути из музыкалки, с огромной виолончелью в руках, вызвал нежность какой-то пьяной бабушки, а его обе бабушки живут в разных концах страны, и он охотно разговаривает с чужими, какую-то бабушку он хочет все же затащить в свою жизнь, ничего страшного.

- Есть еще слово "спиздил", знаете? - продолжил сын, и тут я поняла, что уж кто у нас доверчивый, так это я, а не сын.

- А от кого ты это слышал?

- Один мужчина, со значком "Клуб любителей пива" на рубашке, сказал другому, у которого значок "Меняю значок на пиво", что прокладку для крана он на заводе это... ну это слово... может, не для женских ушей.

Я умоляюще поглядела на мужа: выручай, отвечай сам, я не знаю.

- Еще Карамзин определил состояние русской империи одним словом: "Воруют!" - издалека начал муж. - А сейчас можно сказать яснее: "Разворовали". Даже слово есть нейтральное для тех, кто ворует на заводе - "Несун". Понимаешь, сын, Брежнев воровал, его подчиненные, и так все книзу спустились.

- Брежнев умер, - недоуменно подсказал нам сын.

- Умер, но дело его живет. Дочь его, алмазница, жива... Зарабатывают советские люди мало, капиталисты больше во много раз платят своим рабочим... вот многие и воруют на заводах, ведь самая глубокая пропасть, говорят, это финансовая пропасть - в нее можно падать вечно.

В это время на лестничной площадке послышался отборный мат уборщицы, возмущенной обилием пуха вокруг (кошка съела голубя):

- Хрена ли, захреновили до хрена, отхренаривай на хрен к хренам! - примерно так можно передать ее слова, только вместо "хрена", она использовала даже не слово, произошедшее от буквы "хер", а другое, тоже из трех букв, ну да ладно, в очень отдаленной передаче это звучало так.

Ну, подумала я, в нашей действительности ребенок неизбежно будет сталкиваться с матерной лексикой, поэтому стоит либо научить его мудрости Фолкнера (использовать эти выражения только в крайних случаях, не произносить, не поистаскать, а то случай придет, беда или боль, надо применить слово, чтоб облегчиться, а уже нет такого слова - не подействует), либо вообще по-научному объяснить: мол, такую разрядку дает иногда матерное слово, что даже давление понижается у человека.

- У тебя, мама, значит, есть такая возможность лечить гипертонию? - светски сострил сын и добавил:

 - А у нас в туалете ребята говорят, что отец и мать, если они спят на одном диване, то... должны... ну, слово такое нехорошее на букву Е... Это правда?

Муж в это время взял в рот соленый помидор из банки, но услышав слова сына, подумал: "Как тяжело растить детей!" - сжал челюсти, и из помидора брызнул едкий рассол в глаз ребенку.

- Извиняюсь... эякуляция прекокс - преждевременное семяизвержение... нечаянно вышло.

- И хорошо! - обрадовалась я. - Пока он отмывается на кухне, может, забудет все.

Муж иронично поглядел на меня: нарожала, а совсем жизни не знает. Разве ребенок забудет такое?

И точно, он не забыл, вернулся как ни в чем не бывало и продолжал спрашивать:

- Неужели ребята правду говорят?

- От нас ты слыхал слово на букву Е? - спросила я.

- Нет.

Тут наша первоклассница-дочь вернулась из школы и тоже внимательно прислушалась к разговору.

- Только у плохих людей плохие слова, а у хороших людей это называется любить друг друга. Дети-то должны ведь рождаться. Ты, Антон, родился, когда мы с папой поженились. А поженились, потому что полюбили друг друга.

- А ты в каком платье была на свадьбе? - плавая глазами в своем будущем, спросила дочь.

- До полу, а на рукавах здесь был разрез, и они, словно крылья, взмахивали... - я облегченно стала искать в шкафу платье: слава богу, переключили детей, вот и платье - неужели я была такая тоненькая!

- А муж и жена в туалете этим занимаются? - уточняющим голосом спросила тут дочь.

Переключили, называется! Я нашарила в сумочке нитроглицерин и незаметно закатила под язык один красный шарик.

- Почему! Зачинать ребенка принято в красивой обстановке, когда в доме стоят цветы, купленные мужчиной, когда сказаны самые прекрасные слова о любви, тогда и дети красивыми рождаются...

Сын и дочь стали критически разглядывать друг друга на предмет красоты, чтобы - если что не так - уличить родителей в несоблюдении правил. Но, кажется, внешность друг друга показалась им достаточно приемлемой, и Антон заметил:

- Дом наш начали перекрашивать, и все те нехорошие слова, которые были на нем нацарапаны, закрасили, заметила, мама?

- Я вообще не читаю заборную литературу, - я встала и принялась гладить белье, чтоб прекратить этот тяжелый разговор. - Помогай мне.

Но дочь светским голосом мне процитировала, что там было написано:

- Товарищ, верь, придет она - на водку старая цена, и еще бьять, - она не выговаривает "л".

А надо сказать, что вид у нашей девочки совершенно ангельский: голубые небесные глаза, золотистые волосы, и вот из ее уст вылетает такое слово. Что-то нужно срочно делать!

- Хорошо, что наш дом будет зеленым. А то был желтым! - сын, кажется, переключился. - А то вдруг кто-нибудь умрет в доме, его вынесут в гробу, все плачут, а дом стоит желтенький - веселенький такой, другое дело, когда дом зеленый - кто-то умер, и дом уже грустный стоит, жалеет словно. Нормально.

- Я - наверное - умру скоро с вами, и дом меня пожалеет, - затосковала я.

- Ну, мама, я имел в виду какого-нибудь очень старого человека. А ты...

- Ну, уж вы не горюйте сильно, если я умру. В тонком плане я всегда буду с вами. Вы представляйте, что я сижу вот тут в углу дивана, вяжу. Вы можете со мной разговаривать, советоваться.

Муж долго полоскал рот остатками чая - верный признак, что его терпение на пределе:

- Так это что получается? - начал он. - Мы и тогда не отдохнем от тебя? Так, выходит! Ты ведь из тонкого плана нам будешь кричать: эй, бездельники, чего вы сидите, не работаете, идите, стирайте, прибирайтесь!

- Мама захочет в толстый план перебраться, - заметила дочь.

- Уж дай нам отдохнуть. Умерла, так умерла... - он закончил ужин, лег на диван и отправил детей спать. - Я вот что думаю... Помнишь словарь Даля в редакции Бодуэна? Надо Антону рассказать про него, пусть тоже словарь матерной лексики делает. Если уж интересуется.

А надо сказать, что сын имеет склонность к занудной письменной работе. Ему было пять лет, когда я застала его за глубокой сосредоточенностью над листом бумаги. Что такое?

- А, решил записать, сколько головоломок можно сделать из спичек. Со спичками. С помощью... Уже пятнадцать вспомнил.

И вот с утра я дала ему коричневую толстую тетрадь, объяснила про будущее мировое значение работы по инвективам (пусть привыкает к научному термину). Два часа он вырезал в тетради уголки, потом разноцветными фломастерами писал алфавит, наконец приступил к списку сокращений. Разг. - разговорное, руг. - ругательство, детск. - детское и так далее. В школу он пошел с этой тетрадкой-словарем и вернулся счастливый: сколько записал! Я открыла наугад букву Н. "Надавать пиздулей - напинать, детск.

- Мама, а на какую букву писать, если два слова?

- Принцип опорного слова, как ты думаешь: какое слово здесь опорное?

- Понял. А Бодуэн много денег получил за свою работу? - что-то прикидывая, спросил сын.

- А тебе сколько нужно? Двенадцать? На что? фотоаппарат? - дадим! - я обрадовалась, кажется, интерес к мату плавно перейдет в интерес к фотографии, ура, ура, какие мы молодцы, что придумали словарь и т.д. Другими словами: сам себя не похвалишь, как оплеванный ходишь.

Я купила две коробки интерферону, повесила над люстрой "Лейте интерферон бочками!" и уехала в санаторий на месяц, предварительно подарив сыну не только фотоаппарат, но и массу книг по фотографии. Однако, когда я вернулась, он первым делом принес мне свой словарь.

- Знаешь, мама, очень много сложностей... Что писать в толкование, а что в словник? Берем фразу: "Советское значит херовое" - как быть? Что здесь ругательство? Что писать в левый столбик, а?

- Где ты такое слышал?

- В ЦУМе, фотобумагу покупал... Что делать? Советский - это, значит, ругательство?

Муж поймал мой потерянный взгляд и нашелся: есть такое понятие в языкознании: окказионализмы. Это индивидуальное словоупотребление. Мало ли что человек может брякнуть. В язык это необязательно попадет. Речь - это сейчас, язык - это всегда. Повторяемость.

- Например? - спросил наш занудный ребенок.

- Ох, сейчас я такое невыразимо ерундовое скажу, что вы все охлорофилеете, - пообещал муж и... ничего не смог придумать.

- Как называется: коза... козы...

- Окказионализм.

- Вот дядя Вася называет... говорит вместо "обком" - "ёбком". Это оккази?.. Или нет?

Никогда я не думала, что так много мата наросло на словах, обозначающих советские учреждения. А ребенок вплотную столкнулся с этим. Я полистала его коричневую тетрадь-словарь. Бога мать. См. ети твою мать, межд. Ну, это еще ничего. На "В" вообще пусто. На "Г" - гандон. На "Д" - дерьмо зеленое. Пример: “На... мне это зеленое дерьмо". Ничего себе пример! Но то, что было на "Б", на "П" и на "Х", было жутковато даже для взрослого.

На следующий день ребенок прибежал из музыкалки сильно возбужденный:

- Мама, мама! Знаешь, какое самое-самое страшное ругательство?

- Нет, не знаю, - замерла я в смятении, ожидая услышать какое-нибудь чудовищное трех-, а то и четырехсложное матерное выражение.

- Сексот!

- Сексот?

- Да. Витька назвал Елова этим словом, так что было! А я и не знаю, какое написать значение. Мама, секс - это сексуальность, а что значит "от"?

- Нет, Антоша, сексот - это секретный сотрудник. Тот, кто секретно сотрудничает с органами, доносит властям на своих соседей, сослуживцев по работе.

- И за это получает деньги?

- Да. С тех пор как Иуде заплатили за то, что выдал Христа поцелуем, доносчикам платят.

Антон вспомнил рассказ о том, как Иуда поцелуем выдал своего учителя - подлец какой! Значит, и сейчас, в наше время, такое возможно? Люди считают кого-то своим другом, все ему говорят, а он и целуется с ними на прощание, как мама целуется с подругами, а потом... И еще денежки берет за это!

- И сколько таких иуд у нас в городе, мама?

- В том-то и дело, что мы не знаем. Нам не сообщают. Это все в тайне. А люди из-за этого боятся говорить то, что думают.

- А во всем мире это есть: сексоты?

- Увы, только у нас. Но и у нас этого не должно быть. Но есть... Только порядочные люди никогда этим не занимаются. Ни я, ни папа, ни наши друзья... и мои дети никогда не будут.

- Мама, а кто это у нас придумал сделать?

- Сталин.

- Сталин? А что можно почитать - ну, насчет всего... Иуда-то повесился, а с сексотами что делают?

Я пообещала достать что-нибудь ребенку, про себя матерясь: из огня да в полымя, нет уж, безопаснее исследовать мат, а то что я ребенку скажу, чем объясню все те преступления, которые случились и в нашей родине!.. Ведь сын только-только перешел в третий класс.

На следующий день я купила ему книгу "Этнические стереотипы поведения", а там - статья Жельвича об инвективах, да такая мудрая статья.

- Антоша, вот тут подробно о современных ругательствах, я тебе купила, смотри.

- Мама, ты же обещала о Сталине!

Делать было нечего. Я полезла на антресоль и из пыльного мешка извлекла помятую "роман-газету" с романом Солженицына. Стайка моли вылетела из мешка вслед за журналом. Я уж не говорю о том, что второй день стайка бабочек-крапивниц залетает в нашу форточку, на четвертый этаж. Никогда не залетали, а тут прямо ночуют. Иду под утро кошку выпустить, а две бабочки крылья распустили на тюле, как брошки. К чему бы это?

- Один день Ивана Денисовича, - прочел сын и пошел в свою комнату с журналом.

Эх, то ли дело, увлекался ребенок матерной лексикой, словарь вел. А теперь... Все познается в сравнении.