Владислав Храмцов

Храмцов - в исходный материал вглядывается пытливо и настороженно. Годами подчас лежат в его мастерской каменные куски разных пород, интересные и значительные каждый по-своему да настолько, что, вроде бы, хоть сейчас - бери и делай. Но не возьмется художник за камень до той поры. пока чутьем не раскроет духовной потенции его, пока сердцем не почувствует внутренней формы, той. что станет приговором внешней, заслонив и исключив собой вариантность.

Камень, как решающая образная доминанта всех созданных украшений - такова одна из старейших традиций в уральском ювелирном искусстве. Тем интереснее сейчас ее прямое смыкание с новейшими тенденциями в современном искусстве с такой, к примеру, как "ювелирная пластика".

Хочется отметить, что для этого художника синтез искусств, как таковой, принципиален, он мыслит чаще всего его категориями , а не ювелирного дела только. Так браслет из гарнитура "Баллада" соединил в себе качества мозаики и барельефа,а гранатовая щетка стала не только его кристаллическим объёмным фоном, но и фоном активным, будоражущим воображение, настойчиво втягивающим в драму фактуры и цвета.

И получилась вещь одновременно суровая и утонченная, в идее своей театрализованная, зовущая к романтической памяти Средневековья, заставляющая увидеть в ювелирном произведении гордое ристалище драмы .заметить скрещение роз и мечей, услышать балладу. Так руки и воля художника вернули нам прошлое, вернули время в его сегодняшнем осмыслении, создав прощение ему Красотой...

Удивительно постоянно в творчестве Владислава Храмцова желание создавать вещи, богатые не чисто внешне, а и по внутренней своей линии; вещи, способные развернуть перед зрителем цепь подчас неожиданных ассоциаций

То, что этому художнику удалось создать уже довольно внушительный ряд произведений, цельных по замыслу, указывающих на пристрастие эмоциональных трактовок, на хороший вкус и высокую профессиональную культуру, закономерно. На мой взгляд, нет пока больше в Екатеринбурге ювелира, обладающего столь ярко выраженной эмоциональностью, столь смело творящей образностью в работах, как Владислав Храмцов. Отсюда и влияние его на уральскую ювелирную школу. Ведь если по духу и мышлению Храмцов принадлежит к самым смелым экспериментаторам ювелирного дела на Урале, то по мастерству и характеру своего ремесленного почерка, оторвать его от корней, от чисто местных традиций невозможно. Вот почему в уральском контексте он из тех художнических фигур, что старое не зачеркивают, а преумножают. И вот почему, наверное, то, что подчас рождается у него из лабораторной игры, впоследствии может стать закономерной тенденцией для школы. Это касается, как освоения материалов, не характерных ранее для Екатеринбурга (никель или, скажем, стекло), так и освоения приемов камнерезных, к примеру, (с одной стороны, вроде бы, и исконных для нашего края, а с другой - до Храмцова в ювелирном деле неприменявшихся).

Уже давно и властно заявило о себе его тяготение к массивным, тяжёлым формам. Но массивность в его изделиях всегда контраструет с цветовой характеристикой, строится на сопоставлениях объёма и плоскости, на энергично пружинистых ритмах. Вот почему работы этого мастера обладают собственной внутренней силой, таят в себе духовное напряжение.

Да, Храмцов умеет работать интенсивно и вдумчиво, умеет сохранять собственный почерк, создавть вещи различных стилевых категорий, самых разнообразных настроенческих характеристик. Он то подчиняется камню, то спорит с ним, но в любом случае всегда остаётся самим собой, не завися в своих устремлениях от моды, ни от рыночного спроса тем более.

Браслет из гарнитура "Баллада". 1984. Серебро, гранат, гранатовая щётка.

Кольцо из гарнитура "Театральные подмостки". 1992. Серебро, тантал, кремний.

Браслет из гарнитура "Быль-небыль". 1997. Мельхиор, никель, дерево, кость, морион, цитрин.

Комплект. "Озёра" (Лоток для украшений, ожерелье, кольцо). 1995. Серебро, агат, яшма.

Ожерелье и кольцо из гарнитура "Дожди". 1994-95. Серебро, льдистый и розовый кварц, морион, празем, цитрин, альмандин, кремний.

Браслет и серьги из гарнитура "Старый Посад". 1991. Никель, окаменелое дерево, яшма.