Его живопись - это неявное покорение плоскостности. Холст превращается в гулкое чистое пространство, наполненное по-брейгелевски мистичной атмосферой.  Ясная даль заполненна   узнаваемыми предметами и фигурами, но есть во всем этом какая-то тайная недоговорённость, некое сходство с театрализованным пространством, где действие предвидится, или уже произошло. Только характер иллюзии пространства говорит о настроении картины. Зритель словно приглашается предчувствовать и сопереживать предполагаемое произошедшее. Пространство у него - тотальная категория, архетипический символ, парадоксальным образом опредмечивающий здесь и сейчас временную связь "прошедшее-будущее" и задающий тем самым живописующему действию философскую осмысленность.
 (АНАТОЛИЙ ВЯТК ИН)