Виталий Кaльпиди

КОНТРАФАКТ

Книга стихов и поэтических римейков

 
[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8]

  Эту книгу не сопровождали почётным эскортом призраки вдохновения. В ней не было любви и даже влюблённости. Не было даже нормальной мотивации, чтобы эту книгу писать.
СНЕГОПАДЫ

1
Снег. Крещение. Капитализм.
Городок в положении риз.
Мы с тобою вдвоём
отовсюду уйдём
по красивой касательной вниз.
 
2
Незаснувшее тело жены
вырезается из тишины.
Там, где сделан надрез,
безо всяких чудес
осыпается иней спины.
 
3
Малоправдоподобная мать
забоялась идти умирать
и с клубками морщин
караулит мужчин,
чтоб вязаньем своим напугать.
 
4
Пир вакцины во время чумы.
2πR под рукою Хомы.
Да кремлёвская мразь
не успела украсть
перегар на погостах страны.
 
5
Рассчитаемся по одному —
мы почти в мусульманском плену,
но берём напрокат
ново-русский расклад:
верить в бога, не веря ему.

6
Седина — это слюни стрекоз.
Я в одну из младенческих поз
упаду на кровать,
чтобы утром узнать,
как стрекозы целуют взасос.
 
7
Умывает себя котофей.
Новогодняя свалка детей.
Ни с какого рожна
моя нежность нежна,
и любви не угнаться за ней.
 
8
Иероглиф снежинки любой —
как письмо (например, от Ли Бо).
А на елях, прикинь,
вместо инея — инь,
что, конечно, уже перебор.
 
9
Тень подводной плотвы в небесах.
Облака в подземельных лесах.
И вода, и земля
презирают меня,
на моих умирая устах.


* * *
Стоит по стойке смирно лес
с сырой листвой наперевес,
грачей частичные вороны
летают возле этих мест.
 
В лесу гуляет виктор цой
с перебинтованной лицой,
чтоб некрофилы ленинбурга
за ним не бегали рысцой.
 
Левее, а потом правей
спешит лошак, как муравей,
его таким с пригорка видит
почти огромный соловей.
 
А чтобы ранняя весна
была зажмурена весьма,
под комбинат по производству
ресниц работает сосна.
 
Не спрашивай, кому Евклид
сварганил этот неликвид,
где всё стоит не параллельно,
а параллельно не стоит.
 
В галошах бегает барсук.
Искариот залез на сук,
торчащий из сырой осины
синонимом его подруг.
 
За облаками виден рай,
не полностью, а только край,
где вместо проволоки колючей —
четыре вышки и сарай.
 
Супруг утраченной жены
глядит на рай её тюрьмы
и греет руки по карманам,
пока не видно со спины,
 
как, открывая тёплый рот,
он шиворот-навыворот
в неагрегатном состоянье
одними гландами поёт.
 
Как полупрофессионал,
он много думал, но не знал,
что жизнь — серийная убийца
с садистской шуткой под финал.
 
Весенний лес, само собой,
растёт последнею строфой,
где ключевой не будет фразы
на месте влаги ключевой.


* * *
Римейк. “В деревне Бог живёт не по углам”. (И. Бродский)
 
В Еманжелинске, прячась по углам,
под мостовой, в водопроводном кране,
ангину гладиолусами гланд
щекочет бог внутри своей гортани.
 
Наевшись на ночь мокрых макарон,
дрожа от им же созданного ветра,
он, как всегда, закончит моцион,
листая комикс Ветхого Завета.
 
Он встанет ночью восемь раз подряд
убавить газ в раздолбанной духовке,
где плавится миниатюрный ад
уже который год без остановки.
 
Оттуда крики плещут через край.
И если уж не с бухты, то с барахты
он пальцем на стекле духовки — “Рай” —
выводит, улыбаясь артефакту.
 
Потом сидит, рассматривая пол,
и сам себе, поморщившись капризно,
бог внутривенно делает укол
проверенным снотворным атеизма.

 
[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8]